«Вниз, вниз, в самый низ, из тюрьмы ковыряли наверх. Мама родная, в восемь раз сделала восьмиэтажная. Да и скажи, когда началась эта буря, эти нары расшатались, завалили... флота... блевотиной. Даже страшные вещи прямо так бортуют — человеческая блевотина. Люди лежат уже недвижимые, они уже выдохлись, они не едят в такой обстановке.»