лестницы, подвалы, темные углы
губы в кровь, стигматы, руки, пауки
ножницы и бритвы, острие иглы
слабое дыхание, узкие зрачки
разума сон чудовищ рождает
сладкая гниль в душу вползает
выхода не будет, тела западня
боли бесконечность
боже, помоги
черное на красном, языки огня
лестница, ступени
беги, беги, беги
разума сон чудовищ рождает
сладкая гниль в душу вползает
вам подарят утешенье
белая фея, зеленая фея
исцеленье, успокоенье
и грехов всех отпущенье
нервы, ногти, слезы
ужас и тоска
злоба, крики, хрипы
паника и стыд
шорох за спиною - на плече рука
кто-то прикасается
смотрит и молчит
в трубке телефонной дышит тишина
тень за занавеской
шепот и шаги
и в затылок смотрит полная луна
лестница не кончится
беги, беги, беги
губы в кровь, стигматы, руки, пауки
ножницы и бритвы, острие иглы
слабое дыхание, узкие зрачки
разума сон чудовищ рождает
сладкая гниль в душу вползает
выхода не будет, тела западня
боли бесконечность
боже, помоги
черное на красном, языки огня
лестница, ступени
беги, беги, беги
разума сон чудовищ рождает
сладкая гниль в душу вползает
вам подарят утешенье
белая фея, зеленая фея
исцеленье, успокоенье
и грехов всех отпущенье
нервы, ногти, слезы
ужас и тоска
злоба, крики, хрипы
паника и стыд
шорох за спиною - на плече рука
кто-то прикасается
смотрит и молчит
в трубке телефонной дышит тишина
тень за занавеской
шепот и шаги
и в затылок смотрит полная луна
лестница не кончится
беги, беги, беги
Чёрные птицы в клетки закованы.
Вещие птицы, Божии вороны.
Прокляты небом, землёю не приняты,
Дьяволом брошены и Богом покинуты.
Чёрные птицы летают над городом,
Птицы способны уморить богов голодом.
Вещие песни поют запрещённые
Божии ангелы, никем не крещённые.
Чёрные птицы в стаи сбиваются.
До хрипоты с Богом спорить пытаются.
Плач и мольбы облекают угрозами.
Терновый венец украшают розами.
Чёрные птицы в небо влюбляются.
От безответности в пропасть бросаются.
Сердце разбито и крылья изломаны –
Так погибают Божии вороны.
Вещие птицы, Божии вороны.
Прокляты небом, землёю не приняты,
Дьяволом брошены и Богом покинуты.
Чёрные птицы летают над городом,
Птицы способны уморить богов голодом.
Вещие песни поют запрещённые
Божии ангелы, никем не крещённые.
Чёрные птицы в стаи сбиваются.
До хрипоты с Богом спорить пытаются.
Плач и мольбы облекают угрозами.
Терновый венец украшают розами.
Чёрные птицы в небо влюбляются.
От безответности в пропасть бросаются.
Сердце разбито и крылья изломаны –
Так погибают Божии вороны.
Мир омывают тёмные воды.
Хронос в клубок сворачивает время.
Мир нарушает законы природы,
Пытаясь сбросить смертности бремя.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Сладкие сказки в шприцах стеклянных,
В книгах, которые прочитаны не будут,
В глазах и улыбках немножко пьяных
Кумиров, которых скоро все забудут.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Всё – суета и тщета людская.
Выйдя из чрева, мы просто умираем.
Нежно неон стирает, мигая,
Зыбкую грань между адом и раем.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Или ты… ...или я
Хронос в клубок сворачивает время.
Мир нарушает законы природы,
Пытаясь сбросить смертности бремя.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Сладкие сказки в шприцах стеклянных,
В книгах, которые прочитаны не будут,
В глазах и улыбках немножко пьяных
Кумиров, которых скоро все забудут.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Всё – суета и тщета людская.
Выйдя из чрева, мы просто умираем.
Нежно неон стирает, мигая,
Зыбкую грань между адом и раем.
Антихрист, он уже здесь, среди вас,
Он смотрит на мир из ваших глаз.
В каждом заронил он зерно темноты.
Может быть, он – это я или ты.
Или ты… ...или я
Мы ночами уходим в наши тёмные страны,
Белым пеплом посыпав раскаленные раны.
И за все наши грёзы нас Небо накажет.
Но никто не услышит, и никто не прикажет
И никто нам не нужен, никого мы не любим.
Мы не будем такими, как все прочие люди.
По дешёвке продали мы теням наши души.
Кто-то тихо вливает яд молитвы нам в уши.
Белый пепел полоской – наша вечная плаха.
Там, куда мы уходим, нет ни боли, ни страха.
Наше время сквозь пальцы водой утекает.
Там, куда мы уходим, нас никто не поймает.
Там лишь тот выживает, кто подвержен сомненью,
Тот, кто мог притворяться своей собственной тенью.
Не терпеть состраданья, не испытывать жалость –
Это всё, что мы можем, что нам делать осталось.
Белым пеплом посыпав раскаленные раны.
И за все наши грёзы нас Небо накажет.
Но никто не услышит, и никто не прикажет
И никто нам не нужен, никого мы не любим.
Мы не будем такими, как все прочие люди.
По дешёвке продали мы теням наши души.
Кто-то тихо вливает яд молитвы нам в уши.
Белый пепел полоской – наша вечная плаха.
Там, куда мы уходим, нет ни боли, ни страха.
Наше время сквозь пальцы водой утекает.
Там, куда мы уходим, нас никто не поймает.
Там лишь тот выживает, кто подвержен сомненью,
Тот, кто мог притворяться своей собственной тенью.
Не терпеть состраданья, не испытывать жалость –
Это всё, что мы можем, что нам делать осталось.
Я не спал
Сотни лет,
Я искал
Свой ответ.
Жив ли я, что со мной?
Почему я – такой?
Жизнь – это лишь странный сон.
Разум мой расщеплён.
И у меня я один,
Вами я не любим.
Всё прочитано и изучено,
Но ответов не получено.
Всё такие же игры разума,
Только ставки у каждого разные.
Все слова,
Как вода,
Утекут
В никуда…
Жизнь - это лишь страшный сон.
Разум мой расщеплён.
Я не хочу с вами жить,
Одному лучше быть.
Сотни лет,
Я искал
Свой ответ.
Жив ли я, что со мной?
Почему я – такой?
Жизнь – это лишь странный сон.
Разум мой расщеплён.
И у меня я один,
Вами я не любим.
Всё прочитано и изучено,
Но ответов не получено.
Всё такие же игры разума,
Только ставки у каждого разные.
Все слова,
Как вода,
Утекут
В никуда…
Жизнь - это лишь страшный сон.
Разум мой расщеплён.
Я не хочу с вами жить,
Одному лучше быть.
