Там, где океан касаток и хитрый жук
По небу катит солнца шар на запад,
И еле тлеющей дугой, как хвост электроската -
Моя тоска.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
Все полимеры пропиты, но мы живы, вроде бы,
И против всех законов логики
Дороги сходятся в одну мелодию, один мотив -
Дай мне только, как рычаг гитарный гриф.
Пусть он будет мне опорой, я тогда, как Архимед,
Переверну весь мир на одно счастье и семь бед.
И все по дурости: всё, что вырастил, как тамагочи,
Или выживший за годы и почти что обесточен, но...
Но мой кораблик из бумаги тайфуном не испугать
И в результате он никак не тонул.
Но я боюсь устать тогда, внутри естествоиспытатель,
Вдруг кораблик мой прикатит во тьму.
И дабы не пропасть и там не сгинуть -
Я хватаю, как за нить, за платье белую Богиню
Висящей луны вдалеке, чтоб не сесть на мель,
И если карты нет, я ориентируюсь по ней.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
Меняют снова полюса: холодная тоска и в центре гроз -
Спит крепким сном венец творения,
Там колыбель во льдах, и каждый шаг -
Дыханье северных ветров меняет направление.
И на моем борту есть самый ценный груз,
И я везу клубнику через ураганы, но боюсь.
И если я не справлюсь - утонут плоды и не спасут их,
Но тут нет пути назад: удача любит безрассудных.
Я видел ироничный, злой оскал
Клыкастой пасти скал и, дабы не пропасть, искал
Разрушенный маяк, но люди говорят, мол, тексты не горят.
Но я сжигал в них всё и птицей отпускал, а что?
А что если я скажу, что это не метафора?
Трещит обшивка батискафа.
И дабы обмануть судьбу, везу клубнику
Через шторм и бури, ты встречай меня в порту.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре,
Или в январе, или в феврале, или еще попозже.
Лишь один вопрос: а ты дождаться сможешь, а?
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре,
Или в январе, или в феврале, или еще попозже.
Лишь один вопрос: а ты дождаться сможешь, а?
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.
На самом одиноком корабле
Я приду к тебе с клубникой в декабре.
Просто верь мне, как ребёнок, что так можно -
Тогда сможешь ты сорвать плоды те, что другие не смогли.

Куда ведет поток сознания?
По разному, но большинству людей как раз таки над этим стоило б поработать.
Коль разум неосязаем, то в материальном вроде бы выразить проще то, чего внимания стоит.
Иль разумней сказать - "достойно". Удостоянное внимания творенье, да будь то картина, иль стихотворенье.
И та условная единица измеренья, навеянная тоска, что заебала окончательно, поверь мне.
Воспринято, но не так,
Воспрянуло, но не там,
Коли нет дыма без огня, может быть виноват я сам,
Но всяко красно ремесло,
Кто сколько не создавай, но у всего стоит в основе колесо.
И то ни явь, и то ни сон. Структура, и основа мироздания,
Огонь бывал и страхом и спасителем.
И если вдруг настрой к тебе кипит порой достаточно нейтрально,
То себе хотя б попробуй объяснить это.
Если это был сон, наяву несёт страх.
Люди говорят, своего не создал.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох эти странные, однополярности.
Это был мост, что теперь не создать.
Люди говорят, говорят, но со зла.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох заебавшие, однополярности
Я слышу «музыка это просто»
Люди болтают всякое, оправдывая свой возраст
Не добился успеха, но знаю цену контрастов
Когда нечего хавать и вариков нет сдаваться
Я двигаюсь параллельно унылому коленкору,
А в людях лишь гаснут искры в безвыходных коридорах
Нет времени объяснять, нужно прятать свои загоны
В бесконечных новостях среди мемов и военкоров
Карусель кромешной тьмы, я кручусь на ней со всей дури
Может завтра я проснусь, ничего этого не будет?
Но люди не поменяют своей сути
Я ложусь на перепутье
Если жизнь это дорога, то газуйте
И пусть не осталось ничего с моей жалкой души
Я давно обречен
Лишь на то, чтоб в глуши бесконечных потемок
Быть отражением чужих безнадёг
Но людям всегда это все невдомек
Улыбаюсь в лицо, просто жду рагнарёк
И врываюсь им в мозг через пулю из жалости
В столь заебавшей реальности
Если это был сон, наяву несёт страх.
Люди говорят, своего не создал.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох эти странные, однополярности.
Это был мост, что теперь не создать.
Люди говорят, говорят, но со зла.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох заебавшие, однополярности
Если это был сон, наяву несёт страх.
Люди говорят, своего не создал.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох эти странные, однополярности.
Это был мост, что теперь не создать.
Люди говорят, говорят, но со зла.
Я врываюсь им в мозг, через пулю из жалости, ох заебавшие, однополярности